ДАВАЙТЕ ДРУЖИТЬ ДОМАМИ

16:18 17/01/2018

19
Политический год начинаем с анализа ситуации в соседней стране

И ЭТО ЛОГИЧНО. УЗБЕКИСТАН - САМАЯ КРУПНАЯ СТРАНА РЕГИОНА ПО НАСЕЛЕНИЮ. ЗДЕСЬ ПРОЖИВАЮТ БОЛЕЕ 32,5 МИЛЛИОНА ЧЕЛОВЕК. ОНА ИМЕЕТ ГРАНИЦЫ СО ВСЕМИ ГОСУДАРСТВАМИ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ. В ПРОШЛОМ ГОДУ МЫ ДВАЖДЫ ОБРАЩАЛИСЬ К ТЕМЕ КАЗАХСТАНСКО-УЗБЕКСКИХ ОТНОШЕНИЙ («СОСЕД ВАЖНЕЕ БРАТА», № 28, «СОСЕД ВАЖНЕЕ БРАТА? ДА!», № 32). СОГЛАСИТЕСЬ: БРАТ - САМЫЙ БЛИЗКИЙ РОДСТВЕННИК. И ПОТОМУ НИКУДА НЕ ДЕНЕТСЯ. А ВОТ С СОСЕДОМ НАДО ТЕРПЕЛИВО ВЫСТРАИВАТЬ ОТНОШЕНИЯ. А ПОРОЙ И ЕГО СУЩЕСТВОВАНИЕ. СПУСТЯ ПОЛГОДА МЫ РЕШИЛИ ВЕРНУТЬСЯ К ЭТОЙ ТЕМЕ.

 

Рустам БУРНАШЕВ, эксперт по безопасности Казахстана и Центральной Азии, профессор Казахстанско-Немецкого университета, кандидат философских наук, высказывает свою точку зрения на казахстанско-узбекские отношения.

           

 

НИКАКИХ РЕВОЛЮЦИЙ!

 

- Рустам Ренатович, давайте начнём с самого простого. Что изменилось за эти полгода? Какие процессы происходят в соседней стране? Какой видится ситуация на казахстанско-узбекской границе из Алматы?

- Говорить об Узбекистане можно много и долго, причём я бы отметил: эксперты дают порой противоречивые оценки. Но в целом все сходятся на том, что реформы, начатые в декабре 2016 года, продолжаются. Напомню, что именно тогда в результате досрочных выборов главой государства стал бывший премьер-министр Шавкат Мирзиёев. Сначала казалось: изменения происходят прежде всего в социально-экономической сфере, не затрагивая политических и идеологических основ государства. Тем не менее, учитывая специфику наших государств, их высокую забюрократизованность, большое внимание привлекают кадровая политика нового президента и вопросы административного управления. Безусловно, это не революционный, а эволюционный путь развития, который больше подходит для Востока. Власть должна контролировать перемены, иначе всё может кончиться очередной «цветной революцией». Пока я могу сказать с определённостью лишь одно: все решения принимаются довольно взвешенно, без лишней спешки. Если говорить об отношениях Казахстана и Узбекистана, то они развиваются примерно в том же темпе, что и реформы внутри страны. Хотелось бы большей динамики, но что есть, то есть. Тем не менее эти перемены весьма значимые и существенные.

- Давайте перейдём к конкретике. Чего удалось добиться за полгода и на каких направлениях следует активно поработать?

- От стратегического партнёрства на уровне глав государств и правительств обе страны медленно, но верно разворачивают наше взаимодействие на нижние «этажи». Субъектами его становятся области, районы, родственные предприятия. И конкретные люди, разумеется. Увеличились взаимные инвестиции в мелкий и средний бизнес двух стран. Есть и зримые приметы улучшения наших взаимоотношений. Между Алматы и Астаной с нашей стороны и Ташкентом с соседней увеличилось количество авиарейсов. Наши соседи делают ставку на привлечение туристов. И это правильно, в Узбекистане есть что смотреть. К ставшему уже традиционным железнодорожному рейсу Алматы - Ташкент добавили поезд, который связал столицы двух государств. И самая последняя новость. Появился автобусный маршрут Шымкент - Ташкент. Раньше все казахстанские рейсы оканчивались в пограничном селе Жибек жолы (бывшая Черняевка). Затем надо было со своим багажом пройти пограничный и таможенный контроль. Пересесть на узбекский транспорт: такси или автобус. И продолжить путешествие. Это было неудобно. Теперь эти правила упростили. Можно не выходить из автобуса. Пограничники проверят документы - и пожелают счастливого пути. Таким образом, этот маршрут становится привлекательным с точки зрения экономии времени. Это серьёзный показатель того, что два государства стали учитывать интересы не только хозяйствующих субъектов, но и простых людей.

 

 

ЖДУТ ТУРИСТОВ ТАШКЕНТ И САМАРКАНД,

ХИВА И БУХАРА

 

- Всё это прекрасно. И самолёты, и поезда, и автобусы. Мы как-то уже говорили о том, что и туристы, и бизнесмены, да и обычные люди, которые хотели бы навестить родственников, жалуются на необходимость регистрации. На очереди - в полицейских участках. Ситуацию можно сравнить с Евразийским экономическим союзом. Вспомните: два президента - наш и российский - часто встречались, рассказывали о том, какое это замечательное интеграционное объединение - ЕАЭС. А люди почему-то сомневались. Потому что казахстанцы, которые приезжали в Россию, должны были получить справку в ФМС в течение 3 рабочих дней. В Казахстане россиянин должен был уложиться в пять календарных дней. Выходило практически то же самое. Люди тратили время, деньги и нервы. Знаю это и по собственному опыту. Сегодня на поездку даётся 30 дней - без всяких регистраций. И это реальное изменение, которое почувствовали законопослушные граждане двух стран после того, как Договор о Евразийском экономическом союзе по-настоящему вступил в законную силу. Благодаря этому обстоятельству отпуска в соседней стране проходят теперь без ненужной нервотрепки. А с южными соседями договориться не удаётся. Почему? Ведь понятно: привлекательность страны снижается…

- Да, этот вопрос остаётся открытым. Его надо решать на двустороннем уровне. Мне кажется, что над силовыми структурами доминирует установка, которая была популярна в девяностых годах прошлого столетия. Дескать, безопасность - превыше всего. И поэтому все неудобства надо рассматривать как обязательный элемент путешествия. К этому добавилось отрицательное отношение к мигрантам. Дескать, они - источник повышенной опасности для принимающей стороны. Этот тезис как минимум спорный. И я бы здесь обратил внимание на выступление президента Узбекистана на объединённом заседании палат парламента, которое состоялось недавно. Шавкат Мирзиёев заявил, что в стране необходимо реформировать систему безопасности, сделать её современной. Прежде всего следует упорядочить работу Службы безопасности Узбекистана (СБУ). При этом надо искоренять тотальную подозрительность. То есть на политическом уровне вектор задан. Как это будет выглядеть технически, покажет время. Я думаю, что установка на привлечение туристов приведёт к тому, что послабления в миграционной практике будут сделаны. И прежде всего для жителей Казахстана. Полагаю, что это произойдёт уже в этом году.

 

НА ПРОКЛЯТОМ ОСТРОВЕ НЕТ КАЛЕНДАРЯ?

 

- Хотел у вас спросить об одной больной теме, которую два государства не спешат поднимать. Я имею в виду остров Возрождения. Мне приходилось видеть разные карты, изданные в эпоху СССР. На одних этот остров полностью закрашен в цвет Узбекистана. На других граница между двумя республиками проходит по острову. Всё это, если честно, не имело особого смысла. Поскольку именно здесь военно-промышленный комплекс Советского Союза проводил испытания смертоносного бактериологического и биологического оружия. Что такое сегодня остров Возрождения? Пустая земля? Марсианский пейзаж? Ведь во времена Ислама Каримова этот вопрос особо не афишировался.

- Не могу согласиться с тем, что этот вопрос был отложен первым президентом Узбекистана. Да, о нём не кричали на всех площадях. Но особых причин закрывать глаза на опасное наследство советских времён у Ислама Абдуганиевича не было. Тем более что эта история вписывалась в тезис о «советском империализме», который с удовольствием эксплуатировали некоторые политики и в Узбекистане, и в других постсоветских странах. Но я бы не стал драматизировать ситуацию. Она в принципе решена. В начале девяностых годов на острове работали как национальные научные экспедиции, так и международные. К слову, Возрождение - давно не остров, поскольку центральный и южный Арал распался на цепь небольших мелких озёр. Теперь остров Возрождения даже не полуостров, а часть суши. Там проведены необходимые работы по рекультивации почвы. Ликвидированы все военные объекты. Но, как вы понимаете, желающих поселиться здесь постоянно не слишком много. Всё, что связано с оружием массового поражения, всегда было в центре мировой общественности. И поэтому, повторяю, эта проблема была решена в первые годы независимости Узбекистана. Так что календарь «на проклятом острове» всё же существует. Я подозреваю, что какой-то точечный контроль ведётся и сегодня. Но эта работа не требует публичной огласки, как вы понимаете. Это текущая работа санитарно-эпидемиологических служб. Насколько я знаю, военные с этой территории ушли. Вот вы сказали о картах. Для меня это новость. Лично мне ничего неизвестно о претензиях Казахстана на этот кусок несчастной земли.

- Скажем несколько слов об Арале. Это наша общая боль и надежда. Северный Арал понемногу наполняется. Специальная дамба удерживает воду. И Сырдарья несёт свои мутные воды к морю. Раньше она терялась в песках. Наверное, и узбекам хочется возродить свою часть моря. Ситуация там остаётся крайне сложной - в социальном плане. Бывший морской порт Муйнак засыпан песком. Что пытаются сделать наши соседи?

- Я хочу подчеркнуть: сохранить северную часть Арала для потомков - это не единоличное решение Казахстана. В своё время к этой проблеме мощно подключились международные институты. Деятельное участие принимали как минимум три страны - Казахстан, Узбекистан и Кыргызстан. Территории, принадлежащие этим государствам, лежат в русле Сырдарьи. Решения о сбросе воды, о строительстве дамбы принимались согласованно. Политика в отношении использования водных ресурсов вырабатывалась тоже на общих встречах. Что касается южной части Арала. Здесь свою заинтересованность в общей работе - вдобавок к уже упоминавшимся трём странам - выразили Таджикистан, Туркменистан и Афганистан. Воду Амударьи разбирают на полив хлопка, посевных площадей здесь значительно больше, чем на севере. И это, увы, одна из причин высыхания Аральского моря. В одностороннем порядке эту проблему решить невозможно. Есть общее понимание подходов, за исключением Афганистана. Центральная власть не контролирует в полном объёме ситуацию в стране. Конфликты различного рода сотрясают и регионы, прилегающие к Амударье. Поэтому там пока ещё не с кем договариваться по вопросам водозабора. Общую обстановку осложняет и то, что в значительной степени использование водных ресурсов в Афганистане основывается на местных традициях и законах шариата. Постсоветские же государства региона настроены на сокращение посевов хлопка, внедрение менее водоёмких культур. Они участвуют в реконструкции оросительных систем, чтобы сократить потери воды. Если она без всякой пользы испаряется или уходит в грунт, то здесь, конечно, надо наводить порядок. Следует переходить к капельному орошению - по израильской технологии. Такие попытки предпринимаются, но недостаточно активно. Но антропогенный фактор - то есть хозяйственная деятельность человека - не единственная причина высыхания уникального озера-моря. Изменились природные и геологические условия, что тоже усугубило трагедию. Поэтому страны, лежащие по течению Амударьи, сегодня не в силах спасти Арал. Можно сказать, что это прекрасная мечта, но весьма отдалённая. Задача - снизить остроту социальных проблем, связанных с нехваткой воды в Приаралье.

 

ОБМЕН ДОЛЛАРОВ - НЕ ПОВОД САДИТЬСЯ

В ТЮРЬМУ

 

- Наша газета - издание прагматичное. И мы не можем обойти вопрос обмена валют. При Исламе Каримове в стране существовало как бы три курса обмена: для предприятий, для населения и самый выгодный, хотя и опасный, на «чёрном» рынке. Что удалось сделать на этом направлении?

- С точки зрения иностранного туриста проблема решена. Открыта свободная конвертация валют по курсу, близкому к «чёрному» рынку. Разница в обмене чисто символическая. Для туриста она не представляет особого значения. Может быть, несколько сумов. Я думаю, что любой турист способен просчитать неприятности, которые могут возникнуть при нелегальном обмене валюты. И вряд ли он станет рисковать.

- Но вы упомянули о том, что «чёрный рынок всё же существует. В Алматы не придёт никому в голову продавать доллары из-под полы…

- Требуется время, чтобы люди поняли: только цивилизованный обмен безопасен. Я думаю, что это вопрос времени.

- Некоторые эксперты сравнивают реформы Шавката Мирзиёева с перестройкой Горбачёва, которая завершилась распадом великой страны. Не хотелось бы, чтобы соседнее государство пришло к подобному результату.

- Я бы не стал приводить такие параллели. Советский Союз был многонациональным государством с громоздкой системой управления, со своими внутренними противоречиями. В современном Узбекистане таких сложностей нет. В Советском Союзе многое решалось методом тыка. И многие, в том числе и Михаил Сергеевич, не всегда понимали, куда движется страна. В Узбекистане есть стратегия. Есть понимание того, что хочет государство и общество получить в итоге. Так что здесь мы наблюдаем поступательное движение, основанное на продуманных решениях. И если даже в начале пути президент Мирзиёев и совершил какие-то промахи, то они уже исправлены. Поэтому реформы в Узбекистане не приведут к социальной и политической катастрофе, об этом можно сказать с уверенностью уже сегодня.

 

 

 

Беседовал

Юрий КИРИНИЦИЯНОВ