Секрет успеха - в непредсказуемости

14:37 01/02/2018

168
«Притяженье» Ирины Орищенко

Во время своих концертов она задействует не только двенадцать струн своей гитары, но и струны души. 10 января в алматинском клубе авторской песни «Тоника» состоялся концерт автора-исполнителя Ирины Орищенко из Горно-Алтайска. Она презентовала свой новый диск «Притяженье», записанный в Алматы в марте 2017 года.

- Ирина, на кого рассчитан ваш новый альбом?

- Прежде всего я пишу песни для себя. Мне важно выразить свои чувства и мысли в момент написания песни, хотя иногда она может содержать и какие-то ностальгические вещи. Если эти чувства находят отклик у зрителей, значит, песня получилась. Ведь у кого-то были подобные ситуации, и тогда они говорят, что эта песня про них. Поэтому мой альбом для тех, кто любит, кто знает, что такое любить. В нём есть несколько песен с улыбкой. Люди слушают, улыбаются. Мне говорят, что мои песни светлые, позитивные. Даже если они о неразделённой любви, всё равно в них остаётся надежда на то, что всё будет хорошо.

- Тестируете ли вы свои песни перед друзьями, прежде чем вынести их на сцену?

- Когда песни только написаны, я их называю горячими, дымящимися, и мне хочется показать их близким людям. Признаюсь, это очень ответственно и волнительно, и если мне дают дельный совет по песне, я с удовольствием его принимаю, хотя чаще всего песня уже готова и не требует поправок.

- Нередко авторы предпочитают гастролировать со старым материалом. Какой процент старых и новых песен на ваших концертах?

- Мои старые песни звучат в основном по заявкам слушателей. Обычно я пою новые песни. Многие города, где я бываю часто, знают, что я «пишущий автор», и поэтому заведомо ждут премьер. А вот в городах, куда я приезжаю впервые, на концертах я пою как старые, так и новые песни.

- Вам доводится выступать на сборных концертах. Как сделать так, чтобы ваш блок не затерялся среди других авторов?

- Я всегда смотрю на несколько вещей. Во-первых, нужно оценить контингент зала, кто преобладает - мужчины, женщины или дети, от этого будет зависеть выбор репертуара. Имеет значение, какая аппаратура на сцене. Для каждой звуковой техники можно подобрать наиболее подходящие песни. Нужно учитывать также, после кого ты выступаешь. Я должна быть в контрасте с последней песней предыдущего участника концерта. Если выступающий поёт что-то распевное, то я должна выйти с динамичной песней, и наоборот. Если же я буду петь в том же ключе, что и он, я как бы продолжу его тему и с самого начала эту границу смажу. В итоге первую мою песню могут не воспринять так, как хотелось бы. А именно эта песня очень важна, потому что первые пять минут человек настраивается на твою тональность, голос, твоё состояние. Если зал тебя знает, то всё намного проще. Они на тебя настроены, и ты поёшь им всё, что хочешь. А в целом, даже если у тебя небольшой блок в общей программе, необходимо спеть его так, как будто это только твой сольный концерт.

- Как вы оцениваете звучание алматинской авторской песни? Есть ли у неё какие-то особенности?

- Очень многие исполнители и авторы поют хорошие песни от души и для зрителя, а есть те, которые поют только себя, не отдавая, они не понимают, что лишают себя обратной связи. В моём репертуаре очень много произведений других авторов, но на авторском концерте люди прежде всего ждут моих песен. С алматинскими авторами я близко познакомилась на Восточно-Казахтанском фестивале «Золотой Тургусун». В нём принимали участие Фарит Сахабутдинов и Владимир Бегунов. Вечером после большого концерта у нас непроизвольно состоялся импровизированный междусобойчик, который я называю «алаверды» - это когда гитара идёт по кругу и одна тема перетекает в другую. И Фарит, и Володя интересны и как исполнители, и как авторы. С Фаритом мы позже снова встретились уже в Искитиме на фестивале «Золотая осень». Я предложила ему вновь сделать концерт «алаверды», но уже не у костра, а на сцене. После концерта новосибирцы, которые знают моё творчество и бывают на моих сольниках, подходили и говорили, что такой необычной программы они ещё не видели. И секрет успеха - в его непредсказуемости, как, впрочем, у любого творчества. Кстати, подобное общение посредством «алаверды» у меня было много лет назад на теплоходе с Леонидом Сергеевым и братьями Мищуками, а концертную программу, выстроенную по такому же принципу, мы с Еленой Кочневой пели на фестивале «Сростки» под Бийском. И всякий раз это вызывало живой интерес у зрителей.

Что касается индивидуальности алматинцев, я никогда не задумывалась над географическими различиями песен. Для меня песня начинается с хорошей поэзии, которая гармонично соединяется с музыкой. Если это ещё совмещено с хорошим исполнением, то песня получается. Но в то же время есть масса хороших авторов, которые пишут для себя, которые малоизвестны. Поэтому так важны фестивали. Например, не так давно я для себя открыла алматинского поэта и автора Леонида Тернова. Он получил Гран-при на фестивале «Золотая осень» в Искитиме, и это был второй случай в истории этого фестиваля, когда главный приз получил поэт. Эдуард Двухимённый при нашем знакомстве на Алтае приятно удивил меня своими песнями, позитивной энергетикой, а его дуэт с Наргиз просто великолепен! Несколько лет назад я познакомилась с интересным исполнителем из Алматы Ириной Лобода. В совместном путешествии по Алтаю осенью 2017 года я впервые услышала ещё и её авторские песни и стихи. Скажу откровенно – мне они понравились, теперь уговариваю Ирину сделать именно авторский вечер, поскольку как исполнителя её знают хорошо, а вот авторские вещи мало кто слышал. Я говорю в основном про авторов, поскольку сама пишу и мне интересно творчество других. С исполнителями проще – их успех во многом зависит от репертуара -  насколько сильны, малоизвестны песни, настолько интересен сам исполнитель. Ну и, кроме того, обязательно владение голосом, контакт с залом, способность дарить песню, а не себя. Признаюсь, мои песни поются алмаатинцами, и мне нравится, как они это делают.

- Вы известны как организатор фестивалей. В чём особенность вашего подхода?

- Когда я организовывала фестивали «Струна», «Манжерок» у себя на Алтае, я включила в конкурс поэтическую номинацию, а также номинацию

«неформатная авторская песня». В ней можно было показать рок-композиции, песни в народном стиле, в эстрадном, даже на другом языке, мы просто просили в этом случае дать вольный перевод. Молодые ребята часто пишут в разных жанрах, и важно дать им возможность высказаться. В итоге проявляются очень интересные авторы, и благодаря этому фестивальная программа оживает. В настоящее время я отошла от организации своих фестивалей, отдала это своей воспитаннице. Но мои принципы сохранились. Сейчас я занимаюсь собственным творчеством и, кроме того, оставила себе несколько учеников. А также работаю в творческих мастерских и в жюри на многих фестивалях других регионов.

- Как вы относитесь к расколу, который в середине 2000-х произошёл на Грушинском фестивале, когда сначала появился Второй канал Грушинского фестиваля, а затем стали проводить одновременно два больших фестиваля – на Фёдоровских лугах и Мастрюковых озёрах? Нечто подобное произошло и у вас на Алтае, когда вместо фестиваля «Манжерок» стали проводить два фестиваля: один с таким же названием, второй - «Печки-лавочки».

- Я никогда ни с кем не дралась за фестивальную пальму первенства. Из-за того, что одновременно рядом проводятся два фестиваля, страдают и авторы, и исполнители, и зрители, которым каждый раз приходится разрываться, ведь они не могут быть одновременно в двух местах. А отчего фестивали раскалываются, проще спросить у самих организаторов. Вот о форме фестивалей я хочу сказать. Я всегда за то, чтобы на них проводились творческие мастерские. Я стала лауреатом Грушинского фестиваля в 1996 году. Когда меня там пригласили в жюри для работы на детской площадке «Балалайка», я согласилась на условии организации творческих мастерских. Потому что детям, да и взрослым тоже, нужно говорить, над чем и как работать. Я и сама училась у мастеров авторской песни. Был один год, когда каждый мэтр на Грушинке проводил мастерскую, и я была у Кукина, Туриянского, Зарифьяна, Дулова, Городницкого и потом каждый из них выдвинул меня для участия в финальном концерте. Позже несколько лет подряд я уже сама вела творческие мастерские для взрослых участников фестиваля. Был ещё один необычный проект - я три года подряд проводила на Грушинском фестивале концерт «бабдовской песни» (песни, написанной женщиной, в простонародье – бабой. Это мой шуточный термин), в котором участвовали только женщины-авторы. Концерт пользовался большой популярностью, причём зрителями были в основном мужчины. Мне нравится вносить что-то новое в привычные форматы фестивалей. Для меня авторская песня – это моя жизнь.

Олег БЕЛОВ

Фото из архива Ирины Орищенко