Страсть жизни великого путешественника

13:56 03/03/2018

41
Семёнов-Тян-Шанский и «малые голландцы»

2017 год прошёл в России под знаком Петра Семёнова-Тян-Шанского, великого русского путешественника. В номере 3-4 мы рассказали о выставке, проходившей в течение полугода в Санкт-Петербургской штаб-квартире Русского географического общества и посвящённой 190-летию со дня рождения учёного. Сегодня же мы расскажем об одном из его хобби, в котором он также достиг выдающихся успехов.

 Большую часть своей жизни Семёнов-Тян-Шанский коллекционировал голландскую и фламандскую живопись преимущественно ХVII века. Он собирал картины художников, которых принято называть «малыми голландцами». Их небольшим по размерам произведениям свойственны чёткость рисунка, ясность композиции, большой интерес к камерным сюжетам из повседневной жизни. К началу ХХ века его коллекция нидерландской живописи по количеству и уровню произведений была самой значительной в России. «Малыми голландцами» были увешаны все стены его дома. Немало картин из семёновской коллекции считаются шедеврами. К примеру, «Десерт» Виллема Калфа  - одно из самых виртуозных изображений дорогой утвари и фруктов в голландском искусстве XVII века. Семёнов-Тян-Шанский был автором первой в России книги по истории голландского искусства «Этюды по истории нидерландской живописи» и научного каталога своего собрания, изданного на русском и французском языках. Каталог проиллюстрирован фотографиями знаменитого Сергея Прокудина-Горского, пионера цветной фотографии в России.

 В предреволюционные десятилетия Россия была активной частью мирового художественного рынка. Уже тогда существовали подробные каталоги европейских аукционов с фото и описаниями лотов. Они оперативно доставлялись в Россию, где коллекционеры, не выезжая из страны, делали заявки на сделки. Семёнов-Тян-Шанский участвовал в торгах многих европейских аукционов, немало покупал и в России. «Он был замечательный человек, знаток рынка и исследователь экстра-класса», - так характеризует Семёнова-Тян-Шанского нынешний директор санкт-петербургского Эрмитажа Михаил Пиотровский.

«Только сегодня я перевёл дыхание после различных дел. Пользуюсь каждой возможностью, чтобы заниматься историей голландской и фламандской школ, - пишет голландскому искусствоведу Хофстеде де Гроту 28 февраля 1902 г. Семёнов-Тян-Шанский. - Теперь я «причёсываю» каталог коллекции для издательства. Я тщательно скопировал все подписи (из 570 голландских и фламандских картин в моей коллекции 300 - подписных). Хотел бы просить Вас и г-на Бредиуса позволить прислать Вам гранки каталога, чтобы по возможности быстро проверить ошибки». Голландцы де Грот, Абрахам Бредиус и немец Вильгельм Боде были ведущими европейскими специалистами по голландскому искусству. Все трое бывали в Петербурге и останавливались в доме Семёнова-Тян-Шанского.

 После приобретения коллекции Семёнова-Тян-Шанского в 1910 году, состоящей из 703 картин и 3476 гравюр, санкт-петербургский Эрмитаж стал одним из крупнейших мировых хранилищ голландской живописи. Сумма сделки в 250 тыс. руб. оказалась столь серьёзной, что для приобретения коллекции за половинную стоимость потребовалась виза Николая II. В письме от 5 марта 1910 г. директору Эрмитажа Дмитрию Толстому Пётр Петрович пишет, что свою коллекцию «готов уступить за половинную против оценки цену только потому, что пламенно желаю, чтобы, собранная 50-летними трудами и знаниями, она оставалась бы в России и не распалась бы. Охотно бы завещал коллекцию в Эрмитаж, если бы не считал несправедливым обездолить пятерых сыновей и 13 внуков, которым кроме оной галереи не накопил обеспечивающего их наследства».

 Деятельность Семёнова-Тян-Шанского как коллекционера живописи до недавнего времени была мало известна. Собирательство предметов искусства было не в чести у популярного советского искусствоведения. Оно считалось бесполезной забавой представителей эксплуататорского класса. Со знаком плюс говорилось лишь о Павле Третьякове да с долей снисхождения о Сергее Щукине и Иване Морозове. Этими тремя именами для советского человека ограничивался круг российских собирателей живописи. Первые серьёзные публикации по русским коллекционерам XIX - начала XX веков стали появляться во времена советской перестройки. Это касалось прежде всего московских антикваров и собирателей. А деятельность их коллег из северной столицы была плохо известна до выхода в 2009 году монографии Ирины Соколовой, хранителя голландской живописи санкт-петербургского Эрмитажа. Её книга «Картинная галерея П. П. Семёнова-Тян-Шанского и голландская живопись на антикварном рынке Петербурга» стала прорывом в изучении наследия знаменитого путешественника и голландского искусства XVII века. Все немногочисленные публикации на эту тему, как и данная статья, опираются на эту работу.

Ещё раньше, в 2006 году, к 400-летию со дня рождения Рембрандта в Эрмитаже проходила выставка «Вкус коллекционера». Впервые с начала ХХ века в одном блоке были представлены произведения голландской и фламандской живописи XVI - XVII веков из собрания Семёнова-Тян-Шанского (более 120), ныне хранящиеся в Эрмитаже и в других российских музеях. С посещения выставки 2006 года многие с удивлением открыли для себя ещё одну грань личности знаменитого путешественника.

Думая о России

 Семёнов-Тян-Шанский собирал произведения «малых голландцев» по разным причинам. Ирина Соколова утверждает, что «Голландия с её независимостью была в глазах Петра Петровича страной, которая достигла процветания благодаря религиозным и политическим свободам, объединившим нацию. Собирая «Голландию», он думал о России и её будущем - это абсолютно точно! Семёнов-Тян-Шанский показал нам пример того, как нация должна сплачиваться вокруг демократических идеалов. Он считал, что результат этого единства выразился в необыкновенном расцвете живописи. Ему нравился Рембрандт. Но средств было явно недостаточно, чтобы купить даже скромную его картину. Тогда в Эрмитаже было очень мало его предшественников, и Пётр Петрович покупает 2 картины Питера Ластмана, учителя Рембрандта. У него был великолепный подбор учеников Рембрандта - очень редкие мастера, имена которых только возникли на страницах публикаций тех лет».

 Пётр Семёнов-Тян-Шанский был на редкость «правильным» человеком. Идеалистическая идея посвятить себя гражданскому служению завладела им с юных лет и вела всю жизнь. Картины он начал собирать с начала 1860-х годов, со времени работы в Редакционных комиссиях по крестьянской реформе 1861 года. Интерес к живописи проявлял уже в первой поездке в Европу (1853-1855 гг.). В его записках много упоминаний о произведениях ван Эйка, Тициана, Рубенса, Рембрандта. «В луврской галерее увидел я впервые после эрмитажной собрание картин великих художников… Тут только спала завеса с глаз моих, и, вглядываясь в великие произведения живописного искусства, я так увлёкся ими, что, изучая постепенно историю живописи и посещая все доступные мне галереи и частные собрания картин, сделался впоследствии не только страстным коллекционером, но и экспертом художественных произведений». Его собрание отличалось строгой направленностью, сразу было ориентировано на любимый с юных лет Эрмитаж. Семёнов-Тян-Шанский задумал сделать такое дополнение к его галерее, чтобы Эрмитаж стал первым в мире музеем, в котором была бы представлена вся история голландской живописи XVII века, включая и малоизвестных мастеров.

Семёнов-Тян-Шанский оказал влияние и на изобразительное искусство Центральной Азии. Его тонкий художественный вкус обусловил выбор Павла Кошарова как художника экспедиции на Тянь-Шань 1856-1857 гг. В результате мы имеем не сухие экспедиционные зарисовки, а произведения искусства, излучающие многообразие жизни, поэзию пейзажа. Среди них множество бытовых зарисовок и портреты местных жителей - казахов, киргизов, калмыков, уйгуров, в которых присутствует не только этнография, но и характеры персонажей; первые изображения городов Верного и Копала, Чарынского каньона, долины реки Чилик и многочисленные виды пика Хан-Тенгри.

Что имеем, не храним

 После 1917 года эрмитажная коллекция Семёнова-Тян-Шанского, вопреки условиям сделки с музеем, потеряла целостность. Она лишилась более чем трети картин. Коллекция была распылена по старым и вновь создаваемым музеям СССР. Любопытно, что одна из картин попала на Тянь-Шань. Как установила Ирина Соколова, небольшая работа Жака Мюллера «Играющие амуры» в 1965 году была передана в Государственный музей изобразительного искусства Киргизии. В начале 30-х годов ХХ века значительная часть работ ушла в дальнее зарубежье во время масштабных государственных распродаж через печально известную контору Госторга «Антиквариат». Судьба многих картин остаётся неизвестной. Сегодня Эрмитаж имеет 412 картин из семёновского собрания, из них около 30 находятся в постоянной экспозиции.

 Значительность личности Семёнова-Тян-Шанского для России оригинально показал художник Илья Репин. На его масштабном полотне 1903 года «Торжественное заседание Государственного Совета» фигура Петра Петровича с характерным профилем сразу бросается в глаза. Изображённый на переднем плане, он выглядит значительнее и крупнее других членов Государственного Совета и самого императора.

Вадим КРАВЦОВ

Фото автора