КАСПИЙ: ШТОРМА ПОЗАДИ?

09:03 29/11/2018

260
В Актау удалось развязать политический «морской узел». Но не до конца… По добрым дипломатическим традициям в последний месяц уходящего года принято возвращаться к наиболее важным событиям его. Конвенция о статусе Каспийского моря наконец-то подписана.

Но почивать на лаврах рановато. Почему? Лидия ПАРХОМЧИК, эксперт Института мировой экономики и политики при Фонде Первого Президента Республики Казахстан-Елбасы, анализи­рует ситуацию в каспийском регионе.

Прошло 22 года

- Лидия Андреевна, о проблемах Каспия мы с вами говорим не первый раз. И, надеюсь, не в последний, поскольку Конвенция о правовом статусе водоёма лишь обозначила правила игры. А с конкретикой придётся ещё поработать… 

- Подписанию документа предшествовала по-настоящему титаническая работа переговорщиков. По некоторым пунктам будущей Конвенции компромисс находили достаточно легко. Однако были и такие вопросы, решение которых максимально затягивалось. К примеру, разграничение на национальные сектора, прокладка транскаспийских трубопроводов, вопросы навигации и т.д. В результате «каспийской пятёрке» пришлось очень тщательно подбирать формулировки.

- Да, медленно поспешает дипломатическая лошадка. 22 года прошло…

- Что и говорить, срок весьма внушительный. Встречи представителей прикаспийских государств начались сразу после распада СССР. Стороны делились своим видением ситуации, предлагая собственные варианты документа, который бы дал ответ на главный вопрос: каким видится будущее моря? Разногласия появились ещё на стадии согласования единой терминологии - кто-то считал водоём «внутренним морем», «закрытым или полузакрытым морем». Кое-кто упорно называл Каспий озером. У каждого государства обнаружилась собственная концепция: как разделить Каспий? И лишь с созданием в 1996 году Специальной рабочей группы по разработке Конвенции о правовом статусе Каспийского моря переговоры приняли системный характер.

- Теперь, я думаю, надо сказать о событии, которое произошло в этом году…

- Ещё в конце декабря 2017 года стало известно, что стороны вышли на финишную прямую в согласовании положений конвенции. Её подписание состоялось 12 августа в городе Актау. Кстати, в этот день отмечается Международный день Каспия, так что такое совпадение более чем символично. Для Казахстана это чрезвычайно важный документ, поскольку теперь появилась правовая база, чтобы завершить процесс оформления государственной границы на море. Отмечу, что это был пятый Каспийский саммит. Все прибрежные страны уже провели по одной встрече на высшем уровне. И лишь наша, казахстанская, увенчалась таким крупным дипломатическим успехом. Актауский саммит побил рекорд по количеству подписанных документов. Это 7 соглашений, включая конвенцию. К слову, всего в рамках международного сотрудничества на Каспии приняты и уже работают 16 документов. 

- Я думаю, что читателям сейчас уже можно рассказать, чем занимались эксперты и дипломаты все эти 22 года. Как я понимаю, самих руководителей каспийских стран стала тяготить эта неопределённость. Поэтому они отдали проблему на откуп специалистам. И те всё окончательно запутали…

- Нельзя не отметить явные достижения этого формата переговоров. С 1996 года уже в рамках Специальной рабочей группы состоялось более 50 заседаний. Очень долго конвенция существовала лишь в общих чертах. В последние годы появилась такая формулировка - «согласована на 80%». Ещё до подписания конвенции стороны договорились о том, что на Каспии не появятся военно-морские силы третьих стран, а право на судоходство будет только у прибрежных государств. Удалось также выработать общие подходы по ряду вопросов экологии моря. Вот почему Каспий в политическом смысле не «штормило». Стороны избегали конфликтных ситуаций. Действовали, как говорится, без резких движений. Эту ситуацию можно было охарактеризовать так: не шторм, а штиль с небольшой рябью. 

- Продвижение к финалу было непростым, а порой и драматичным. Каспийская тема не сходила с повестки дня в пяти государствах. Туркменистан вынес на всеобщее обсуждение соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве и развитии морского транспорта. 

- Образно говоря, конвенция - это верхушка айсберга, а его «подводная часть» - это пятисторонние отраслевые договора. Первым таким соглашением стала подписанная в 2003 году Рамочная конвенция по защите морской среды Каспийского моря. Позже к ней присоединились соглашения в области безопасности, гидрометеорологии, в сфере ликвидации чрезвычайных ситуаций, рационального использования биологических ресурсов. Активная проработка соглашений о транспорте и торговле была отмечена в ноябре 2016 года. Тогда же стороны начали активную работу над протоколами к Соглашению о сотрудничестве в сфере безопасности на Каспийском море, которые также были подписаны на саммите в Актау. 

Каспий - это водоём

- В таком случае прямой вопрос: в чём главное достоинство конвенции? 
- Наконец-то был определён статус Каспия. Это водоём, окружённый сухопутными территориями. Конвенция определила формат, согласно которому прибрежные страны могут разграничивать свои национальные сектора. Теперь официально закреплено: стороны должны договариваться со своими соседями самостоятельно - каждый с каждым. У нас уже заключены соответствующие соглашения с Россией, Азербайджаном и Туркменистаном. 
- В одном из комментариев по поводу подписания конвенции я прочитал: каспийская «пятёрка» разделила водную гладь, но не дно. Как такое может быть? Если есть вода, то и земная твердь под ней тоже принадлежит каждой конкретной стране…
- Тут не всё так просто. Морская гладь большей частью остаётся в общем пользовании - кроме прибрежной зоны размером в 15 морских миль. Это территориальные воды, на которые распространяется суверенитет прибрежного государства. И это особенность конвенции, так как статус водоёма позволил сочетать нормы раздела как для озера, так и для моря. 
- То есть ничего подобного раньше не было?
- Совершенно верно. Во всём мире принят принцип «или-или». Или это озеро, или море. Но в отношении Каспия пять стран сознательно пошли по другому пути. К примеру, согласно Конвенции ООН по морскому праву от 1982 года суверенитет государства распространяется на территориальное море шириной не более 12 морских миль. Однако пять прикаспийских государств решили увеличить данную зону до 15 морских миль. Кроме того, было решено создать рыболовную зону в 10 морских миль, в которой все преференции на вылов рыбы имеет та или иная страна. Теперь на повестке стоит вопрос определения исходных береговых линий, от которых можно будет вести отсчёт 25-мильного пояса. Ведь уровень Каспия постоянно меняется, как и береговая линия. Ещё стороны договорились о так называемых зонах безопасности. Если какие-то объекты (нефтяные платформы, искусственные острова) находятся за пределами 25-мильной зоны, но в пределах национального сектора, то вокруг них устанавливается зона безопасности шириной в 500 метров. То есть конвенция определила вектор - куда двигаться. Остальное - дело переговорщиков.
Поставить финальную точку
- Хорошо бы, чтоб окончательное решение приняли раньше, чем через четверть века…
- Я думаю, что теперь дело пойдёт несколько быстрее. Кстати, у Казахстана со своими соседями нет никаких спорных территорий на Каспии. Начиная с 1998 года, когда было подписано первое соглашение с Россией о разграничении Северного Каспия в целях недропользования, переговорный процесс шёл нормально, конфликтов не возникало. Другой вопрос: принятая конвенция могла что-то изменить - чисто теоретически. Казахстану пришлось бы перезаключить ранее подписанные соглашения с Россией, Азербайджаном и Туркменистаном. Но нет, этот вопрос был тоже благополучно решён. Теперь нам осталось подписать последнее соглашение: о точке стыка линий разграничения сопредельных участков дна между Казахстаном, Азербайджаном и Туркменистаном. После этого процесс разделения Каспия для Казахстана завершится окончательно. Но прежде всего нужно, чтобы Баку и Ашхабад подписали двустороннее соглашение о разделе своих секторов. Пока такого соглашения нет.
- В теперь уже далёком прошлом «напряглись» все пять стран, когда туркменские военные самолёты несколько раз облетели нефтяные вышки Азербайджана. К счастью, до бомбардировок дело не дошло.
- Да, в истории Каспия были не только протокольные улыбки. Речь идёт о территориальных претензиях на спорные месторождения нефти. По сути дела, Южный Каспий до сих пор не разделён. Азербайджан заявил, что он к переговорам готов. Из Ашхабада и Тегерана таких заявлений пока не поступило. Не так давно представители Министерства иностранных дел Туркменистана приезжали на консультации в Баку. Каспийская тематика в повестке дня отсутствовала. Во всяком случае о ней ничего не говорилось официально. Можно предположить, что Туркменистан пока предпочтёт «заморозить» существующие разногласия. То же самое и с Ираном.
- То есть проблема решена. Но проблема осталась.
- Конвенция задала общий вектор. Что уже немало. А с какой скоростью двигаться, каждое государство решает само.

Безопасность - забота общая

- Когда произошёл знаменитый пуск ракет класса «Калибр» из акватории Каспия по целям в Сирии, в мире поднялся невероятный шум. Хотя эта акция была как минимум согласована с Ираном, поскольку они летели над территорией этой страны. И тем не менее среагировали ли на эту акцию президенты остальных трёх стран? Возникал ли такой вопрос во время принятия конвенции: будет ли использоваться акватория озера-моря для операций подобного рода?
- Нет, в таком контексте вопрос не ставился. Хотя теме безопасности уделялось немало времени в ходе Актауской встречи. Среди документов, которые были подписаны, значатся три протокола к Соглашению о сотрудничестве в сфере безопасности. Также было подписано Соглашение о предотвращении инцидентов в Каспийском море, которое устанавливает правила безопасного плавания военных кораблей на Каспии и их взаимодействия. Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев выступил с предложением подготовить Соглашение по мерам доверия в области военной деятельности. Этот вопрос будет, скорее всего, рассмотрен на следующем саммите в Туркменистане. Правда, дата встречи ещё не определена. 
- Рассматривалась ли на Актауской встрече схема переброски невоенных грузов коалиции НАТО - из Азербайджана через Каспий в Казахстан и далее через Узбекистан в Афганистан? Вокруг этой проблемы было немало дипломатических дебатов? 
- Думаю, что этот вопрос решён, не было смысла к нему возвращаться. Два казахстанских порта - Актау и Курык - будут принимать участие в этих перевозках. Раньше этот путь проходил через Россию. Но сейчас США и страны НАТО этот маршрут использовать не могут по вполне понятным причинам. Включение портов Курык и Актау в маршрут транзита специальных грузов США для Афганистана не приведёт к созданию военно-морских баз США на территории страны. МИД Казахстана дал чёткие разъяснения по данному вопросу. Более того, каспийские порты Казахстана и раньше значились пунктами транзита железнодорожных грузов в Афганистан. 
- В своё время СМИ пяти стран писали о железной дороге Казахстан - Туркменистан - Иран. Предполагается, что вскоре железная дорога опояшет весь Каспий. По ней можно будет возить разные грузы. То есть сделать, по сути дела, магистраль, дублирующую морские пути…
- Работа продвигается, хотя не так быстро, как хотелось бы. Строительство железной дороги Казвин - Решт - Астара (Иран) - Астара (Азербайджан) постепенно продвигается к своему завершению. В 2016 году был сдан железнодорожный мост через реку Астара на азербайджано-иранской границе. Участок железной дороги Казвин - Решт будет готов к вводу в эксплуатацию до 20 марта 2019 года. Данная трасса станет частью западного железнодорожного полукольца, создаваемого в рамках международного транспортного коридора «Север - Юг». Геостратегическое значение трассы очевидно, как собственно и немалые финансовые выгоды для его участников.
- Не могу не спросить о прокладке нефте- и газопроводов по дну Каспия…
- Конвенция внесла ясность в этот вопрос. Трасса транскаспийских трубопроводов определяется по согласованию сторон, по чьим секторам и пройдёт трубопровод. Это именно тот вариант, на котором настаивали Туркменистан и Азербайджан. Однако позиции Ирана и России также были приняты во внимание. В итоге в конвенции было оговорено, что строить трубопроводы по дну Каспия можно лишь при условии соответствия их проектов экологическим требованиям. И здесь речь идёт о Рамочной конвенции по защите морской среды Каспийского моря и соответствующих протоколах к ней. Только пройдя необходимую экологическую экспертизу, стороны смогут запустить процесс строительства. Для Казахстана согласование данного аспекта позволит завершить прокладку транскаспийских линий коммуникации в рамках таких проектов, как Транс-Азия-Европа (TAE) и Трансевразийская суперинформационная кабельная магистраль (TASIM).

Как быть с персами?

- Мы с вами знаем, что основным камнем преткновения была позиция Ирана. Когда море делили два государства - Иран и СССР, - то всё выглядело нормально. Иран довольствовался тем, что ему дали. Если не ошибаюсь - 13% всей акватории. С ядерной державой особенно не поспоришь. Когда распался Союз, роль нашего южного соседа резко возросла. По крайней мере, четыре государства из пяти - сравнимой величины. Иран стоял на своём: «Отдайте мне мои 20%». Любой иранский президент, который отказался бы от этих претензий, будет проклинаем и в прессе, и с минаретов. Все понимали, что логика в рассуждениях иранского руководства присутствует. Но поделиться советским наследством никто не спешил. Чем мы могли пронять упрямых персов?
- Иран никогда не согласился бы подписать документ, который бы лишил его возможности претендовать на спорные месторождения. Конвенция позволила иранской стороне сохранить шансы на то, чтобы договориться с Азербайджаном и Туркменистаном. Это значит, что от искусства переговорщиков трёх стран будет зависеть, как именно поделят Южный Каспий. Конвенция определила главное правило: если речь идёт о границе национальных секторов двух стран, то другие государства в этот диалог не вмешиваются. Как итог - Россия и Казахстан уже не вовлечены в решение проблемы южных соседей. 
- Ситуация на юге Каспия не может долго оставаться в подвешенном состоянии. Поэтому давайте подробнее рассмотрим исторические и политические аспекты этой проблемы. Иначе это поставит под сомнение все соглашения в Актау…
- В Иране сложилась определённая политическая конъюнктура. Вопросы пересмотра позиции по Каспию воспринимаются достаточно болезненно. Иранская сторона заявляет о необходимости «справедливого разделения водоёма». Данная формулировка фигурировала в большинстве официальных заявлений представителей страны по каспийскому вопросу за последние годы. Если обратиться к истории, то в договорах между Ираном и Советским Союзом, которые были подписаны в 1921 и в 1940 годах, обозначены правила совместного пользования водоёма, а не его разграничение. Граница по воде была скорее условной. Иран контролировал южную часть акватории и никаких претензий по этому поводу не предъявлял. Особых проблем между двумя странами не возникло даже после того, как в 1970-х годах СССР разграничил подконтрольную ему часть Каспия на административные сектора между Азербайджанской ССР, Казахской ССР, Туркменской ССР и РСФСР. Наличие у Союза карты раздела Северного и Центрального Каспия не вызвало у Тегерана резонанса.
- Понятно, что Россия и Казахстан к призывам Тегерана относились без энтузиазма, но и без раздражения. Их границы лежат в северной и центральной части моря. А вот в Баку и в Ашхабаде требования Ирана воспринимали скорее нервно. Поскольку Каспийское море - это кладовая углеводородов. Нефть и газ или уже обнаружили, или ведётся активная геологоразведка. И Тегеран оказывается на положении несчастного тигра в зоопарке. «Съесть-то он съесть, да кто ж ему дасть?!» И что же делать?
- Самый оптимальный вариант, который может устроить Тегеран, - совместная разработка подземных богатств. В марте 2018 года Азербайджан и Иран уже подписали меморандум о совместной разработке соответствующих месторождений в Каспийском море. Речь может идти о спорном блоке Араз - Алов - Шарг. В октябре 2017 года российская компания «ЛУКойл» также подписала меморандум с Национальной нефтяной компанией Ирана о геологоразведке в южном регионе Каспийского моря. Как мы видим, Иран открывается для региональных энергетических инициатив. Однако между объявлением о намерениях и реальными работами на каспийском шельфе может пройти достаточно много времени. Стороны должны создать совместные добывающие компании, определиться с процентной долей участия, разработать технико-экономическое обоснование проектов. Даже в идеальных условиях подобная подготовка может занять годы. После ввода пакета санкций США против Исламской Республики Иран реализовать подобный вариант энергетического сотрудничества станет ещё труднее. 
- Вспомним последние президентские выборы в Иране. На ваш взгляд, какое место в предвыборной риторике занимала каспийская проблема?
- Вы удивитесь, но далеко не первостепенное. Иранцев интересовала прежде всего внутриполитическая составляющая. Это вопросы снижения инфляции, уровня безработицы и так далее. Международные проблемы были представлены через призму отношений с США, Европой. В меньшей мере - с Россией. То, что президент Хасан Рухани сохранил свой пост, гарантирует стабильность политики Ирана на каспийском направлении. 

Где икорки отведать?- Только в Америке!

- Уйдём от большой политики на минутку. Читателей нашей газеты заинтересует такой вопрос: а производится ли сейчас знаменитая чёрная икра?
- В соответствии с решением Комиссии по водным биоресурсам Каспийского моря, коммерческий промысел осетровых на Каспии для всех прикаспийских государств запрещён. 
- В одном из небольших американских городов мне попались баночки с икрой - «Made in Iran». Может, контрабанда?
- Не думаю. В настоящее время чёрная икра производится в небольших количествах в специальных рыбохозяйствах, которые не только специализируются на ней, но и ставят перед собой благородную цель: повысить поголовье осетровых в Каспийском море. Такую работу ведут не только Иран, но и остальные страны «каспийской пятёрки», включая Казахстан.

Долг платежом не ясен

- Вроде бы подписали конвенцию, Туркменистан отказался от поставок газа в Иран, а также от экспорта нефти танкерами через Махачкалу. 
- Данные события произошли ещё до подписания конвенции. Причём действия Ашхабада были продиктованы сугубо экономическими мотивами. Туркменистан предъявил претензии Ирану на $2 млрд неоплаченного долга, который страна аккумулировала за годы нахождения под международными экономическими санкциями. Из-за отключения от системы международных платежей SWIFT Иран не мог проводить оплату за полученный туркменский газ. После снятия санкций Тегеран частично погасил долг. Однако впоследствии иранская сторона сама высказала претензии о неправомочных действиях Ашхабада по прекращению поставок и повышению стоимости экспортируемого газа в 2008 году - с $40 до $360 за 1000 кубометров газа. В настоящее время стороны обратились в Международный арбитражный суд, который и займётся урегулированием спора. 
- Значит, всё-таки «штормит» понемногу?
- Не совсем. Данный спор не мешает сторонам взаимодействовать в других областях в нормальном режиме. Интенсивность дипломатических консультаций между Тегераном и Ашхабадом также не пострадала. Что же касается поставок через Махачкалу, то новое руководство Дагестана пытается исправить ситуацию. Туркменская нефть ушла из Махачкалы из-за частых случаев «потери» нефти, масштабы которых превысили разумные пределы. Туркменистан небезосновательно обвинил администрацию порта в наличии коррумпированных схем. 
- Снизил свои поставки и Казахстан. По той же причине?
- Сокращение поставок углеводородов из Казахстана в некотором смысле было вынужденным. Напомню, что через Махачкалу Казахстан перекачивает нефть, которая в дальнейшем идёт через систему трубопроводов «Транснефти» на Новороссийск. В 2017 году было принято решение, что уровень серности в нефти, транспортируемой из Махачкалы до Новороссийска, должен быть не выше 0,6%. Это стало причиной снижения поставок из Казахстана, так как на Махачкалу шла высокосернистая нефть с Бузачинской группы месторождений. Однако уже в этом году планируется увеличение поставок казахстанской нефти с 1 до 1,5 млн тонн в год, а в 2019 году Махачкала рассчитывает принять уже 2 миллиона тонн казахстанской нефти. 
- Пошла большая нефть Кашагана. Как-то сразу с газетных полос исчезли все публикации на эту тему. Помните, сколько склоняли это месторождение за постоянный перенос начала промышленной добычи?
- Знаете, порой это своеобразный показатель благополучного состояния предприятия. Отсутствие новостей можно интерпретировать как отсутствие проблем в процессе нефтегазодобычи. Сейчас нефть с Кашагана транспортируется через Каспийский трубопроводный консорциум и через трубопровод Атырау - Самара. В 2018 году добычу планируют увеличить до 10,8 миллиона тонн. 
- Подведём итог. После подписания конвенции ситуация в этом регионе стала более стабильной?
- Разумеется. Конвенция определила рамки того коридора, в котором мы можем усиливать сотрудничество. Можно сказать без преувеличения: подписание конвенции - это событие исторического масштаба.

 

Беседовал Юрий КИРИНИЦИЯНОВ